- Бывалый, а те, которые в Америку махнули на корвете «Ау», помнишь нам рассказывал? Они-то как поживают?
- Наливай! Те не пропали, живут, что нашим у наших сделается! Кто родню
свою помнит, тот не пропадёт. Наши-то, не только в Европы наведывались,
но и в обрат, в Азии зауральские пёрли, только пыль столбом стояла!
Кто
ещё вокруг нас из своих отирался? Ну, шведы – свеи, почти свои были,
так, повздорим друг с дружкой, морды покровяним, и опять тихо. Всё
лопарей поделить не могли. Делили–делили, так, что они до сих пор в
больших Суомнениях, заторможенные ходят.
Так и было, пока не призвали
они в короли Карла ХII-го, немца херуского. Я уже объяснял, что «хер»,
как меч переводится. А где меч, там и война. От германцев всегда одни
беспокойства учинялись. А когда они в Британии оказались, да смешались
там с местными, да с армянами, никакого сладу с ними не стало.
Кто ещё был? Ну, чудь, да чухна всякая, коверкавшая росский язык, чудно говорящая.
Поляки–ляхи–поляне-ляды, лядины - поляны делавшие в лесах, т.е. росчисть,
починок, украинцы, уголичи, драговичи, конавляне, неретляне, захумляне и
прочие ободриты, – всё наши были, пока некоторые не скурвились.
Там
понамешано круто было, да и доставалось им то от ромеев – этрусков,
опять же своих - бывших, то от турок, но те – урки по определению. Но,
когда стало невтерпёж, стали думу думать и королей избирать. Поклонился
народу Стефан Первовенчанный (первоизбранный стало быть) и толкнул
программную речь: «Сёр бы я на ромеев и турок!» «Любо!», - ответствовал
восторженно народ. Так Сёрбыя – Сербия и утвердилась на Балканах.
(Продолжение следует)
|
